Глава 1 За что Бог меня наказывает?

Тигрицу, что зовется старостью,
Не в силах мы преобороть.
И, недругам подобно, с яростью
Болезни ранят нашу плоть.
И жизнь уходит нечувствительно,
Как из горшка худого — влага,
А люди — вот что удивительно! —
Охотней зло творят, чем благо.

Бхартрихари
(Индия, примерно V в. н. э.)

Как только с нами случается очередное несчастье, первой нашей мыслью обычно бывает: за что Бог меня наказывает? Большинство из нас пребывают в убеждении, что все наши беды приходят к нам извне, из какого-то чуждого и враждебного мира, главная задача которого и состоит в том, чтобы отравлять нашу жизнь. Те же, кто верит в Бога, как правило, считают всякое несчастье наказанием свыше. Они совершенно убеждены, что Бог недремлющим оком следит за нами и немедленно посылает кару на всякую провинившуюся голову.

Эти два заблуждения настолько распространены в мире, что подавляющая часть людей свято верит в их истинность. Мысль о необходимости страданий принимается как само собой разумеющееся положение, что служит причиной и фундаментом следующих бед, которые не замедлят прийти туда, где готова для них возделанная почва. Чтобы справиться с любой проблемой, надо сначала разобраться в ее истоках, что я и попробую сделать. Хочу еще раз предупредить о том, что не все здесь написанное может понравиться читателю, но прошу также принять на веру, что мною движет только желание помочь всем тем, кто страдает и не понимает причин своих страданий.

Катарсис — термин, введенный античными философами и означающий очищение и исцеление души разными способами. Платон считал, что исцеление души возможно только через страдание. С тех пор мир полон его адептами, так как этот вариант больше всего понравился людям с больной душой, которых всегда было большинство. Увы, страдание не только не принесло кому-то исцеления, но чем дальше, тем больше несет угрозу всем, кто, по несчастью, разделяет пагубное заблуждение относительно его целительных свойств.

На сегодняшний день наблюдается хаос мнений насчет природы страданий, и, как всегда, большинство придерживается крайностей, которые никогда не бывают истиной. Преднамеренный обман или заблуждения приносят новые страдания и без того сметенным душам, которые от испуга часто кидаются в самые страшные, изуверские секты и культы, чтобы только найти какие-то твердые и ясные представления о жизни и человеке. Сегодня, когда в нашей стране стало многое разрешено, целые группы молодежи принялись искать для себя секты со строгими и непререкаемыми принципами, чтобы, живя под их властью, мнить себя защищенными от свободы и своих чувств, которых они боятся, сами того не понимая.

Все наши беды и вызываемые ими страдания происходят от конфликтов с людьми, миром и самими собой, как ни странно это покажется. Причем конфликты с самими собой — самые страшные и разрушительные, по сравнению с ними другие конфликты можно почти не принимать во внимание. Самые строгие наши судьи — это мы сами, и, сумев договориться с самими собой, мы можем считать себя мастерами дипломатии.

Как только вы отметите, что все начало валиться из рук, как только участились конфликты в семье и на службе, как только вы констатируете, что не можете справиться с привычным делом и все идет вкривь и вкось, — это не Бог вас наказывает. Вы сами виновники своих несчастий. Вы накопили слишком большой груз грехов, и они заслонили от вас истинную картину мира. Вы снова идете напролом, в темноте и панике, которые вы не осознаете и не видите.

Бог не стоит на вечном посту, наблюдая за нашим поведением. В этом нет никакой надобности. Он создал мир и нас по Своим законам, и всякое нарушение этих законов неизбежно приводит к травме души или тела. И когда мы пытаемся жить, не подчиняясь им, тогда вся наша жизнь становится одной вечной и непреходящей трагедией.

Инфантилизм, то есть детское и несерьезное представление о себе, мире и Боге, — твердая основа всех бед, которые встречаются в нашей жизни, и именно из него вырастает разлад нашей души, за который нам приходится так дорого платить. Ну а бунт против реальности, что так часто встречается в жизни, приводит к скорой и нелегкой смерти. Тем не менее большинство людей живут по этим порочным правилам, ни о чем не догадываясь, без конца набивая себе шишки и обвиняя в этом всех и вся, кроме себя самих.

Наша слепота поразительна, и то, как мы поступаем в жизни, ясно говорит, что главная наша проблема кроется в наших больных душах. Если принятые нами решения приносят негативный результат, мы бываем уверены, что это просто ошибка или случайность, на которые не стоит обращать внимания, мол, кто не ошибается! В следующий раз будем серьезнее и внимательнее, думаем мы, но, принимая очередное решение, опять оказываемся перед той же проблемой неверного выбора. Конечно, ошибки — постоянные спутники нашей жизни, но то, что некоторые группы людей регулярно ошибаются именно в тех вопросах, которые определяют само качество их жизни, заставляет предположить закономерность явления.

Те же самые люди, которые совершают гениальные открытия в физике, химии, биологии, создают великие произведения искусства и принимают изящнейшие технические решения, — эти люди часто прозябают на грани выживания, не имея ни прав, ни свобод, ни денег. Россия — самый яркий пример общества, которое, несмотря на все таланты ее народа, редко бывало чем-то, кроме пугала, для окружающих ее стран-соседей. То, с каким упорством и постоянством народ нашей страны выбирает для себя худшее из возможных решений, доказывает и буквально заставляет думать, что эти решения не являются ошибочными, они — добровольный, но бессознательный выбор.

Когда вам нужно попасть в соседнюю комнату, которая отделена от вас стеной, следует повернуть налево или направо, пройти по коридору, снова повернуть, и вы окажетесь там, куда намеревались прийти. Но есть и другое решение проблемы. Можно сказать: «Прямой путь короче всего, кто заставит меня ходить кругами? Я пойду прямо!» Реализуя это решение, вы неизбежно разобьетесь о стену или пробьете ее, понеся те или иные потери, но не нужно говорить при этом, что кто-то вас наказывает.

Шишки, которые вы набьете, прокладывая себе нелегкий путь, будут вашим личным, честно заработанным гонораром за борьбу с реальностью. Выглядит это абсурдом, но большинство из нас именно такое поведение считает логичным и правильным. Мы часто разбиваемся насмерть, прокладывая себе пути через непреодолимые препятствия, в то время как выход в двух шагах от нас, но мы из глупой гордости не желаем им воспользоваться.

Есть еще одна категория «страдальцев», которые ведут себя подобно мухам, бьющимся о стекло. Их особенно много среди уголовных преступников, и рассуждают они точно так же, как эти мухи. Обычно разговор с такими людьми строится по следующей схеме: «Ну что ты, пастор, можешь знать о жизни?! Это такая дрянь! Вот лечу я как-то с самыми лучшими намерениями. Ничего плохого не мыслю. Никому не хочу зла. И вдруг она, зараза, как даст мне по голове! Ни за что, ни про что. Отлежался я, значит, всех простил, все забыл, лечу опять. Главное — вначале все хорошо, и вдруг опять как даст мне по голове! Ну а ты, пастор, что ты можешь знать о жизни? Разве ты жизнь видел?!»

Как муха не в состоянии понять, какое препятствие ее остановило, так и многие из нас ничего не знают о реалиях мира, с младенчества живя фантазиями, не имеющими ничего общего с действительностью. Большинство уголовных преступников, которые проводят в тюрьмах до двух третей своей жизни (что дает им иногда основание мнить себя знатоками жизни и человека, так как они думают, что мера страданий и есть мера опыта и знаний), на самом деле очень далеки от понимания того, что происходит с ними в мире.

Когда узнаешь, за что и как получили они свой срок тюремного заключения, сразу бросается в глаза несоответствие «благ», которые они приобрели, преступив закон, тем долгим и тяжким страданиям, на которые они себя обрекли в результате этого. Ну а то, что, выйдя из тюрьмы после многих лет заключения, они как можно скорее, выбрав самый смехотворный повод, попадают туда опять, просто заставляет думать, что тюрьма и страдания — их свободный, хотя и неосознанный, то есть бессознательный, выбор. Явно, что они бегут от мира свободы. Если знать разницу между тем, чем живет этот мир, и тем, чем живет тюрьма, то можно вполне понять, чего они боятся и от чего скрываются в таком страшном месте.

Когда начинаешь разбираться в этом странном и пугающем поведении и обращаешься к личности преступника, то в девяносто девяти случаях из ста оказывается, что это до конца инфантильные натуры, которые боятся свободы, как смерти, и, кроме того, в свое время слишком сильно пострадали от эдипова комплекса. Этот комплекс, один из основных инфантильных комплексов, включает в себя влечение сына к матери и враждебность к отцу. Комплекс назван по имени героя трагедии Софокла царя Эдипа, который, сам того не ведая, убил своего отца и женился на своей матери.

Обычно ребенок переживает эдипов комплекс между тремя и пятью годами. Впоследствии эти переживания вытесняются в бессознательное, то есть совершенно забываются сознанием. Враждебность к отцу преодолевается через идентификацию с ним. В «Кратком словаре психологических терминов» Э. Фромм писал: «Фрейд заметил явление пожизненной зависимости от внешнего объекта. Он истолковал это как продолжение ранних, сексуальных в своей основе, связей с родителями на всю жизнь. Этот феномен произвел на него такое впечатление, что он увидел в эдиповом комплексе основу всех неврозов и считал успешное преодоление этого комплекса главной проблемой своего развития. Увидев в эдиповом комплексе центральное явление психологии, Фрейд сделал одно из величайших психологических открытий, но правильно истолковать его не смог».

Нигде последствия этого детского переживания так не заметны, как в среде мелких уголовников. Их матери, как непременное правило, были женщинами малообразованными с большими личными проблемами. У них или не было мужей, или мужья были горькими пьяницами и скандалистами. Всю свою жизнь эти женщины посвящали любимому ребенку, в котором они видели все то, чего были лишены в жизни. Они всех себя без остатка отдавали единственному существу, которое привязывало их к жизни и делало их жизнь осмысленной и значительной.

Такие женщины принимали все от своего маленького кумира и все ему прощали, не было жертвы, на которую бы не пошли они ради своих детей. Ну а так как они никогда не занимали сколько-нибудь высокого общественного положения, не имели образования и их семья считалась неблагополучной, то весь внешний мир их детям казался враждебным. Столкнувшись несколько раз с презрением и неприятием окружающих, такие дети еще больше привязывались к своим матерям. Слишком велика была разница между этими двумя мирами, теплым материнским и холодным внешним, чтобы могла возникнуть сама мысль о выборе.

Дети таких матерей не имели возможности, да и не хотели, стать гражданами мира, который был холоден и жесток к ним. Он представлялся им хаосом, и нет ничего удивительного в том, что они никогда не могли усвоить его законов, а потому никогда и не могли адекватно ответить на то, что с ними происходило в мире.

Законы хаоса были чужды, враждебны и непонятны. Воспринимались и понимались они однозначно — это когда удача и неудача выпадают случайно, как кому повезет. Дети неблагополучных матерей никогда не понимали, что можно, а что нельзя, и были искренне убеждены, что когда их преследуют за правонарушения, то делают это по прихоти, из злобы или личной ненависти. Именно на этом и основана ненависть уголовников к правоохранительным организациям. И на этом же основана фетишизация матерей среди мелких, но имеющих рецидивы уголовных преступников.

Тюрьма дает таким людям иллюзию материнской заботы, когда ничего не надо решать самому, и, с другой стороны, избавляет их от необходимости заводить семью, на что они неспособны, так как не могут постоянно жить с женщиной — каждая для них табу. В каждой женщине они видят свою мать. Отсюда, кстати сказать, происхождение и распространение русского мата, который, как ни странно, помогает отчасти преодолеть этот тяжелый комплекс.

Вот от этих двух «страшных врагов» — свободы и женщин — и прячутся уголовники в тюрьме. Но если вы спросите у человека, который уже отсидел в общей сложности одиннадцать лет, почему он в третий раз садится в тюрьму на семь лет за мелкую кражу, даже не успев воспользоваться ее плодами, он очень эмоционально расскажет вам много такого, что очень далеко от правды, понять которую он не в состоянии. Если же вы объясните ему эту самую правду, то станете его злейшим врагом, но помочь ему не сможете, потому что на излечение надо потратить несколько лет труда при условии горячего желания самого пациента избавиться от своего недуга. Желания, которому негде взяться в среде, где он привык обитать.

И если бы таких были единицы! Но их тысячи и десятки и сотни тысяч. Конечно, выбранный пример — очень жесткий, но надо учитывать, что все мы в разной степени жертвы деструктивного поведения, а так как мы по-разному переносим невзгоды, то трудно сказать, кто более несчастен — такой вечный заключенный или внешне благополучный человек, проживший весь свой век с нелюбимой женой или занимающийся ненавистной работой.

Беды и горести, которые неизбежны у людей, как-то связанных с уголовным миром, нередко вызывают мысль о Божьей каре. Но даже в таких будто бы очевидных случаях она неверна. У Бога нет нужды нас наказывать, мы сами свои злейшие враги, когда не желаем принять реалии и законы, по которым устроен мир, и мы сами приводим в действие эти законы. Бог занят другим, диаметрально противоположным, делом. Он пришел для того, чтобы объяснить нам наши ошибки и избавить нас от того зла, которым мы сами себя окружили. Тем не менее не только отдельные лица, но и целые страны и народы до сего дня не желают принять Его простые истины. И чем дальше они от их понимания, тем страшнее их исторические судьбы.

Мы с вами живем в России и своей кожей можем чувствовать все последствия лжи и заблуждений, которые нагромождены вокруг человеческой души, мира и Евангелия. Бог дал нам волю жить по удостоверению своего ума, и эта воля часто заводит нас слишком далеко, в долины смертной тени. Наши беды посланы не Богом, на это нет и не может быть Божьей воли, как не может быть и наказания без Суда.

Даже человеческие законы, которые несравненно более жестоки, и те запрещают наказание до суда. Наши беды — последствия наших ошибок и нежелания в простоте принять заповеди, которые сегодня известны всем, пусть и не наизусть. Это также невероятное, пугающее упорство, с каким мы отрицаем ясные и неоспоримые реалии мира. И еще того хуже, следуя желаниям своих больных душ, мы придумали огромное число своих, человеческих, заповедей и табу, которые в основном и делают нашу жизнь такой тяжелой.

Мы тщимся придумать правила, которые сделают нас хозяевами жизни и своей судьбы, но эта надежда не только никогда не сбывается, но и, наоборот, делается нашим проклятием. Наши больные души толкают нас на борьбу с Непобедимым, и чем упорнее мы боремся, тем хуже нам приходится. И совершенно не важно, сознательно или бессознательно мы это делаем, результат всегда один. Нужно наконец научиться видеть причины бед, для чего надо только честно и внимательно присмотреться к себе и миру, не боясь того, что может открыться. Потому что самые мрачные и страшные бездны мы увидим в своей собственной душе.

И есть еще одно заблуждение, которое послужило причиной трагедий для бесчисленных поколений и народов. Это убеждение в том, что мы сами можем себя исцелить и улучшить. От начала истории люди тратили жизни на то, чтобы создать сверхчеловека, и когда терпели в этом поражение, то прибегали к голословным утверждениям, что он наконец создан, указывая на отдельное лицо или группу лиц, которые объявлялись выше и благороднее других. Буддисты, коммунисты, фашисты и еще огромное число «энтузиастов» потеряли в этих попытках много жизней, своих и чужих, но никто из них даже не приблизился к успеху.


Кто невозможного достичь хотел,
Тот не увидит завершенья дел.

«Тысяча и одна ночь»

Наши души созданы не нами, исправить и усовершенствовать их может только Тот, Кто их и создал. Попытки всякого рода самоисцелений были, есть и будут, но они или ни к чему не ведут, или, если приложены все силы, кончаются, как нам кажется, саморазрушением души. В психологии это называется рационализацией, и при упорном применении этого метода дело кончается шизофренией. Но даже при таком плачевном исходе душа на самом деле, конечно, не разрушается, просто душевнобольной лишается возможности сознательно влиять на те процессы, которые постоянно идут в наших душах (это называется расщеплением сознания).

Бог поставил предел нашим исканиям именно для того, чтобы мы не наносили себе чрезмерных душевных травм. Он не дал нам возможности экспериментировать с нашими душами, чтобы мы, далеко зайдя в своих глупых фантазиях, не превратились в бессмертных чудовищ. При этом Он всегда готов прийти нам на помощь, вот только мы сами иногда всеми силами противимся Его помощи и поддержке.

Сегодня принято не признавать разрушительного действия греха на человека, и только серьезные психологи знают истинную цену, которой мы расплачиваемся за свою греховность. Неосознанное желание наказать себя за свои явные и тайные грехи толкает нас на саморазрушительные действия и самоосуждение, что приводит впоследствии и к психосоматическим заболеваниям, от которых не спасают никакие лекарства.

Нежелание принять реалии мира толкает нас на деструктивное, то есть разрушительное, поведение. В основе этого лежит наше искаженное грехом сознание, очистить и исцелить которое может только Тот, Кто вложил его в наши тела. То, что предлагает нам христианство, — уникально, и ничего подобного нет во всех бесчисленных религиях всех времен. Возможность получить прощение грехов сегодня, немедленно и даром открывает такие перспективы, что переоценить их практически невозможно. Наша беда в том, что мы до сего дня еще не вполне оценили предложенный нам Христом дар. Мы настолько привыкли полагаться на свои силы, что возвели это в ранг идеала, морального закона, и никакие доказательства, которые приводит нам жизнь, не в силах поколебать это всеобщее заблуждение.

Настало время понять, что все те благие дела, которые мы делаем для улучшения себя и мира, только ухудшают наше положение и в случае, когда к этой цели обращаются большие группы или целые народы, приводят к трагедии, которая тем катастрофичней, чем больше адептов этой идеи было задействовано в попытке ее осуществления. Все великие войны и революции ничего не принесли миру и людям, кроме беды и разрухи, и эти беда и разруха были не внешними врагами, как думает большинство, — они крылись в наших умах и больных душах, по точному утверждению профессора Преображенского, героя романа М. Булгакова «Собачье сердце», который сказал: «Разруха не в клозетах, а в головах».

<< Предисловие   |   Содержание   |   Глава 2 >>




Comments