Глава десятая ОБ ОБЛЕЧЕННОМ В ОБЛАКО И РАДУГУ АНГЕЛЕ, ПРЕДВОЗВЕЩАЮЩЕМ О КОНЧИНЕ

ЭКЗЕГЕТИЧЕСКИЙ РАЗБОР АПОКАЛИПСИСА


      Это явление имеет вид вводного сказания. Оно останавливает продолжение пророческих иносказаний, но не прерывает их. – Перед последним, седьмым трубным звуком св. Иоанн увидел величественного Ангела, сходящего с неба, окруженного облаком, с радугой над головою, с лицом, сияющим, как солнце; пламенные ноги его стали одна на море, другая на земле; в руке его была раскрытая книга. Некоторые думают, что этот Ангел Сам Господь Иисус Христос или Святый Дух, но св. Иоанн назвал его "Ангелом", и св. Андрей Кесарийский считает, что это именно Ангел, может быть, один из Серафимов, украшенный славою Господа. Стояние его на море и на земле означает владычество над стихиями земного мира, по толкованию св. Андрея – "Наводимые Ангелом страх и наказания нечестивым, разбойничающим на земле и на море". Книжка, которую держал он в руке, по толкованию св. Андрея, содержала "имена и деяния тех из лукавнейших, которые разбойничают или иным образом бесчинствуют на земле и убивают на море", по другим толкованиям, содержала вообще пророчества о дальнейших судьбах мира и человечества. Ангел воскликнул громким голосом: "Седмь громов глаголаша гласы своя" – но когда св. Иоанн пожелал записать эти громовые слова, ему запрещено было это сделать. Св. Андрей Кесарийский полагает, что эти "семь громов" или "семь гласов" одного угрожающего Ангела, или семь других Ангелов, предвозвещающих о будущем. То, что они говорили, "теперь неизвестно, но будет потом изъяснено самым опытом и течением вещей". Окончательное познание и разъяснение того, что они возглашали, принадлежит последним временам. Некоторые полагают, что это – семь периодов в истории человечества: 1) Торжество христианства над язычеством, 2) Великое переселение народов и крушение Римской империи, на месте которой возникают новые христианские государства, 3) Появление магометанства и крушение Византийской империи, 4) Эпоха крестовых походов, 5) Падение благочестия в Византии, покоренной исламом, и в Древнем Риме, где возобладал дух папизма, результатом чего явилось отступничество от Церкви в виде Реформации, 6) Революции и водворение всюду социальной анархии, из которой должен выйти "сын погибели" – антихрист и 7) восстановление римской, то есть всемирной, империи с антихристом во главе и кончина мира. Изображать вперед все эти события не было надобности, ибо они развертываются во времени (10:1-4). Но вот вслед за тем Ангел, подняв руку свою, клялся живущим во веки веков, что "времени уже не будет", то есть прекратится обычное круговращение стихийного мира, и не будет времени, измеряемого солнцем, а наступит вечность. Здесь важно, что Ангел клялся "живущим во веки веков", то есть Самим Богом. Следовательно, не правы сектанты, считающие, что никакая клятва вообще недопустима (ст. 5-6). "Но во дни гласа седмаго Ангела, егда имать вострубити, тогда скончается тайна Божия, якоже благовести Своими рабы пророки", то есть скоро наступит последняя, седьмая эпоха существования мира, когда вострубит седьмой Ангел, и тогда совершится "тайна Божия", предсказанная пророками, то есть наступит конец мира, и все, что должно произойти в связи с ней (ст. 7). 
      Вслед за тем св. Иоанн, по повелению голоса с неба, подошел к Ангелу, и Ангел дал ему проглотить книжицу, которую держал раскрытой в руке своей. "И бе во устех моих, яко мед сладка: и егда снедох ю, горька бяше во чреве моем". Здесь указывается на то, что св. Иоанн принял пророческое дарование, наподобие того, как принимали его ветхозаветные пророки, например св. пророк Иезекииль, которому также велено было съесть книжный свиток, прежде чем он был послан Господом проповедовать Дому Израилеву (Иезек. 2:8-10; 3:1-4). Сладость и горечь, по объяснению св. Андрея, означают следующее: "Сладко для тебя, говорит, познание будущего, но вместе и горько для чрева, то есть сердца – вместилища словесной пищи, из-за сострадания к тем, которые должны претерпеть ниспосланные по Божественному определению наказания". Другой смысл этого тот: "Поелику св. Евангелист не испытал худых дел поглощением книги, содержащей деяния нечестивых, ему и показывается, что при начале греха бывает сладость, а по совершении – горечь, по причине отмщения и воздаяния". Сострадательное сердце Апостола не могло не почувствовать всей горечи скорби, какая ожидала греховное человечество. В заключение св. Иоанн получает повеление пророчествовать (ст. 8-11).